комментарии
    Protected by Copyscape Plagiarism Software Яндекс цитирования

    Леша изначально был против, говорил, что не надо семью разъединять. Но как-то все пришло к тому, что мы разрешили. Это был очень сложный период, потому что мы Женьку дома постоянно искали. Леша сдерживал эмоции, а у меня было чувство, что отняли ребенка. Снились сны — захожу в детскую, оба сына спят, потом — раз, одного нет. Женька же почувствовал новую жизнь — у него стали появляться неожиданные интересы: стрельба из ружья например. Он почувствовал свободу. Там было все можно. Начались еще манипуляции — «…там все хорошие, а вы вот такие строгие и всегда чего-то требуете — учись, занимайся спортом». Ребенок ведь всегда уходит в ту сторону, где ему немножечко легче. Андрей купил скутер. Я очень просила не делать этого, но мне было сказано, что и так мы воспитали парня как девчонку и готовы приковать наручниками к батарее, пусть только дома сидит.

    Знаете, до аварии казалось, что мы чего-то копошились, к чему-то стремились, рвались, все время в движении были, все время что-то нужно, а тут — рухнуло все, и вдруг стало ясно, что ничего не нужно. Только жизнь и здоровье детей. Леша метался с передачами, с кем-то договаривался, что-то выяснял. Два месяца мы с Женькой прожили в институте. Леша говорил: «Надо же, столько раз по Тверской проезжали это место, а не задумывались, сколько там крика, стонов, боли». Мой слух словно обострился, я слышала все. Доктор говорил: «Леша, увози ее из больницы, на день, на часы, так нельзя».

    Пережили две операции. Спасали Женьку не только врачи, вся семья, все близкие. Нужен был клей биологический, оказалось, что в нашу страну прекратили его поставку. А при доставке этого клея из-за границы важны часы и соблюдение правил. Позвонили Оксане Чусовитиной в Германию. Спросили про этот клей, она нам все рассказала, готова была помочь, чем может. Петя Цанава, наш близкий друг, достал этот клей, по бешеной какой-то цене, привез его прямо в контейнере. Женьку прооперировали.

    Александр Александрович Потапов, доктор, нейрохирург — когда мне сказали, кто будет оперировать, я почувствовала силы. Он внушал такое доверие. Это очень трудно — заставить измученных ожиданием и тревогой людей поверить в то, что все еще может быть хорошо. Мы с Лешей доктору поверили.






    Комментарии запрещены.