Публику мало волновал результат. Она жаждала красоты, острых ощущений. И видя, что матч катится к скучной ничьей, вратарь Ямковой оставлял свой пост и бежал мотаться с нападающими. Трибуны тут же оживали: во Яма дает! И замирали, ожидая, когда мяч попадет на подъем защитнику Брешкевичу. Будущий солист военного хора, Жора Черпалка, прозванный так за длинные ноги, умел «зажигать» настолько высокие свечки, что любопытные аэропланы не рисковали кружить над футбольными полями.

Любимцем Соломенки слыл Михаил Свиридовский, умнейший игрок, поймать которого на финт считалось высшим шиком. Женщины, ходившие на игры «Желдора» с большой охотой, засматривались на красавца Васю Бойко. Да и партнеры радовали глаз: Бардадым, Фенцель, Костин, тот же Ямковой. Восторженно встречался каждый прорыв крайнего нападающего Швецова — знаменитого киевского Паровоза, подкаты самоотверженного Васи Инженера — защитника Весгньева, хитрые удары технаря Товаровского. Впрочем, Мишка Студент, как называли этого нападающего болельщики, вскорости стал играющим тренером «Сов-работников».

Такое было в порядке вещей. Школу «Желдора» в разное время прошли почти все мастера первого послереволюционного поколения. Исключение составляли трамвайщики, выступавшие за «Местран», а также жители Подола и Тру-ханова острова, группировавшиеся вокруг «Райкомвода». К двадцать пятому году футболом в городе безраздельно правил ОСПС (Окружной совет профессиональных союзов), сквозь пальцы смотревший на бесчисленные переходы внутри своего ведомства. Все равно под флагом сборной оказывались лучшие. А главная команда ОСПС олицетворяла собой сборную Киева.






Комментарии запрещены.